Thursday, January 26, 2017

2017 исполняет желания


Вечер, тишина. За окном гудит ветер, ухает в трубу, сыплет снег прямо в камин. В коридоре по полу “шлёп-шлёп” да “шкряб-шкряб”. Дом большой, и в нем нет никого. Только я. Так мне кажется...
А тут “шлёп-шлёп” да “шкряб-шкряб”.

“В дом забрался вор, – решаю я. – Надо его найти и убить прогнать”. Тихонько выглядываю из гостиной и, стараясь не шуметь, крадусь по коридору в сторону звуков. По дороге натыкаюсь на топор. Автоматически тащу его за собой. Топор шепотом твердит, что он не убийца, и вообще против насилия. Велю ему заткнуться. Он обиженно замолкает и тяжелеет. “Мстительный, негодник”, – думаю я и беру его обеими руками.

Шлёпанье слышится в кухне. Затем там раздается какой-то шорох, хлопанье дверцей и что-то сыпется на плитку. У меня мурашки по коже и корни волос приподнимаются от ужаса. Топор легчает и в панике начинает умоляет бежать из дома и прятаться в сарае среди дров. “Они нас не выдадут”, – твердит он, как заклинание.

– Не дрейфь! – отвечаю я топору. – Ты же, в конце концов, топор! 
– Я не хочу быть “в конце концов”, – ноет топор. – Я хочу просто быть.
– Трус, – презрительно шиплю я.

Раздается стук. Вор стучит по плитке чем-то острым. Нож? Молоток? В любом случае, он вооружен. А, следовательно, опасен вдвойне.

– Плитку долбит, – говорю я топору. – Зачем?
– Может, он сумасшедший? – предполагает топор.
– Нет, деньги-драгоценности ищет, – заявляю я.
– Серьезно? А что они там есть? Черт, знал бы раньше…, – расстроено произносит топор.
– Пора, – решаю я, резко включаю свет и заношу топор над головой с грозным криком: – Убью!

И что же я вижу? В кухне рассыпано зерно, а на полу, опешив, сидит курица и смотрит на меня, раскрыв клюв. Оттуда выпадает зернышко и падает прямо ей на брюхо.


– Ой, курочка, – произношу я, все еще с топором над головой.
– Слышь, ты, какая я тебе курочка, – раздается с пола сиплый бас. – Для тебя Петр Кириллыч.

“Курочка” встает, отряхивается, выковыривает из перьев упавшее зерно и ловким движением крыла забрасывает его в клюв.
– Ты топор-то опусти, – советует Петр Кирилыч (он же Петя, он же Петух). – С парня уже семь потов сошло.

Сверху закапало.
– Извините, сопрел маленько, – стыдливо бормочет топор. – Нервы…
– А можно узнать, что вы здесь делаете? – решила я перехватить инициативу.

Я положила топор на стол.
– А то не видно! – фыркнул Петр Кириллыч. – Угоститься пришел.
– Угоститься? – возмутилась я. – То есть пробраться, как вор, в чужую кухню, развести тут грязь и стоптать чужие запасы прямо с пола – это называется угоститься?

Петух окинул взглядом кухню, почесал хохолок и с недоуменным видом произнес:
– Именно так, а тебе ведомы иные варианты?

Мы с топором переглянулись. 
– Можно постучать в дверь и попросить поесть, – сказал топор.
– Попросить? – вскинул брови Петр Кириллыч. 
– Именно, – кивнула я. – А что в этом такого?
– Это унизительно, – закатил он глаза.
– Нужно бороться со своим эго, – смиренно произнес топор.

Петух бросил на него презрительный взгляд:
– Я смотрю, ты уже достиг в этом недюжинных успехов.
– Что ты имеешь в виду?
– То, что ты – Топор, острый и опасный предмет, именуемый в криминальной хронике холодным оружием, позволяешь собой помыкать, как какой-то, прости Господи, консервной банкой.
– Он назвал меня консервной банкой? – с ужасом обернулся ко мне топор.
– Не обращай внимания, он просто хам, – успокоила я топор.
– А, ну ладно, – удовлетворенно сказал топор и умолк.

Петр Кириллыч взглянул на нас с топором задумчиво:
– У вас неправильные отношения. Ты замужем? – спросил он меня.
– Это еще причем? – удивилась я.
– На лицо все признаки неустроенности в личной жизни, – со знанием дела ответил он.
– Какие еще признаки? – возмутилась я.
– Тесное общение с топором. Попытки доминировать над ним, но при этом трепетное отношение к его чувствам. Это, знаете ли, попахивает клиникой.
– Я не понял, – включился топор, – это нормально, что он нас оскорбляет в нашем собственном доме?
– Нет, он просто хочет вылететь отсюда пинком под зад, – ответила я.
– Господа, не надо грубостей, я всего лишь хотел помочь вам разобраться в себе, – сменил риторику Петух. – Но я так понял, что вам мои консультации не требуются?
– Нам требуется, чтобы ты убрал здесь свое свинство, – заявила я, указывая на бардак в кухне.
– Само собой! Готов, – произнес Петр Кириллыч. – За отдельную плату. Сделаю все в лучшем виде. Идеальнее, чем было. 
– За отдельную плату? – в один голос спросили мы с топором.
– Первый заказ – скидка 25%, – радостно подпрыгнул незваный гость. – Вам сделаю 30%. Обычно я так не разоряюсь, но вы мне исключительно симпатичны. 
– Невероятно, – пробормотала я.
– Мне бы так торговаться научиться, – завистливо произнес топор.
– Чего проще! Готов дать несколько уроков. За отдельную плату. Зимняя распродажа обучения наглости – 50% скидки! Только сегодня и только для вас! – провозгласил Петр Кириллыч.
– А вот я готова сварить из тебя суп совершенно бесплатно, – объявила я и обратилась к топору: – Поможешь?
– Прекрасная идея! Люблю участвовать в разных волонтерских программах, – обрадовался топор.
– Ай, ладно, сдаюсь! – махнул крылом Петух. – Ваша типа взяла.
– Мы типа рады, – ответила я мрачно.
– Так и быть, выполню три твоих желания, – заявил гость.

Топор замычал.
– И твоё – одно! – добавил он.
– Почему одно?
– А зачем тебе больше? – удивился Петух. – Ты же борешься с эго!
– Да-а-а, – замялся топор, – но все-таки обидно…
– Ой, ну кого ты слушаешь? Тоже мне Мерлин выискался! Могу отдать тебе свое желание. И будем поровну дураки, – усмехнулась я.
– Это твое окончательное решение? – спросил Петр Кириллыч.
– Окончательное.
– Так и запишем, – произнес он, невесть откуда достал синюю тетрадку, послюнявил огрызок карандаша и что-то накарябал на листке. – Распишись.

Я взяла тетрадь в руки и прочла:
“Я, странная особа о двух ногах, отдаю одно свое желание топору. Обязуюсь претензий не предъявлять и в суд не обращаться”.

– Какая чушь, – произнесла я, но подписала. 
Надеюсь, сей документ нигде не всплывет, иначе не миновать мне обязательных консультаций у психотерапевта.

– Прекрасно, можем приступать! – провозгласил Петух.
– К чему приступать?
– К исполнению желаний.
– Чур, я первый! – воскликнул топор.
– Да, пожалуйста, – пожала я плечами.
– Хочу новенькое блестящее лезвие! 
– Исполняю, – крикнул Петух, покраснел и … загорелся.

Огнем загорелся. Самовоспламенился. Мы с топором в ужасе уставились на Петуха. Только пожара нам не хватало! Я с углями жить не хочу! Недолго думая, я схватила ведро воды у двери кухни и вылила на Петуха. Волной его снесло под стол. Оттуда послышались кашель, шлепанье крыльев по полу и “непереводимая игра слов” (с). Наконец, Петух выполз из-под стола, весь мокрый и злой.

– Ты что же это творишь, убивица!
– Тушу тебя, – ответила я.
– Что значит, тушу???
– Ты загорелся, а она тебя спасла, – встал на мою защиту топор. – Если бы не она, ты бы заживо сгорел.
– Вот болваны! – и Петух в сердцах сплюнул на пол. – Я же Огненный Петух! Понимаете? Огненный! Я должен загораться и гореть!
– Мы, может, конечно, и болваны, – обиженно сказала я, – но об играх с пиротехникой в закрытых помещениях наслышаны. Так что не обессудьте, Петр Кириллыч, но вот давайте без этих ваших закидонов.

Петух поджал клюв и серьезно посмотрел на нас с топором. 
– Я не знаю, как с вами можно работать. Худших клиентов у меня еще не бывало, – вздохнул он. – Ну, ладно, тогда кукареку.
– Что значит “кукареку”? – не поняла я.
– Первое желание я исполнил, – ответил Петух.
– Просто сказав слово “кукареку”? – скептически скривилась я.
– Но вы же тут хотели без спецэффектов.
– О-о-о, – раздался со стола восхищенный возглас топора. – Гляньте-ка на меня!

На столе лежал старый топор, но уже не такой уж и старый. Его новое гладкое лезвие переливалось в свете лампы. Топор подобрался к вазочке с яблоками и, казалось, лишь слегка дотронулся до одного из них. Яблоко мгновенно распалось на две ровные половинки. Топор завопил от восторга. Я задумалась: “Может, зря я одно желание топору отдала?”

– Теперь второе желание, – напомнил Петух.
– Хочу мир во всем мире! – выпалил топор.
– Эээ, нет, в мировых масштабах я с топорами не работаю. Только личное.
– Ну, тогда хочу, что меня дрова зауважали и перестали дразнить.
– Кукареку, – быстро произнес Петух.
– Ты же хотел деньги и драгоценности, – напомнила я.
– Ай, точно, – воскликнул топор.
– Перезагадывать нельзя, – отрезал Петух.
– Ладно, не расстраивайся, – шепнула я топору, – уважение дров – это поважнее драгоценностей будет.
– Думаешь? 
– Уверена!
– Хватит шушукаться, – перебил нас Петр Кириллыч. – Теперь твоя очередь.
– А я еще не решила, чего хочу, – ответила я. – Мне нужно подумать. 
– Долго?
– Ну, не каждый же день мне выпадает возможность исполнить два желания. Я не хочу ошибиться. Я должна все обдумать. Дня два … пять … двадцать пять …
– Но я не могу так долго ждать! – возмутился Петух. – Мне и к другим нужно.
– Ну, а ты мне оставь свой номер телефона. Я как надумаю, тебе позвоню, – ответила я.
– Вообще-то, это правилами запрещено личный номер всем подряд раздавать. Начнете потом названивать из-за каждой мелочи, – раздраженно проворчал Петух.
– Не начну, обещаю, – сказала я. – Я только два раза тебе позвоню, желания исполнить, а потом твой телефон сотру. И никто его не узнает! Правда.

Петух головой покачал в раздумьях, посмотрел на меня с укором и сказал:
– Ладно, записывай. Только ни-ко-му.
– Клянусь!
– 2017.
– А дальше?
– Это всё.
– А оператор какой? 
– Новогодний.
– Хм, а я точно дозвонюсь?
– Не сомневайся, – уверил меня Петух. – Ну, мне пора. Воды в ведре больше не осталось?

Я заглянула в ведро и покачала головой.
– Нет, а тебе нужно?
– Мне как раз и не нужно, – объявил он, вспыхнул ярким пламенем и исчез.

Мы с топором переглянулись.
– Огненный Петух, – сказал топор со знанием дела и добавил: – Подбрось до сарая. Хочу с дровами перетереть.

Я отнесла топор в сарай и вышла. Прижав ухо к двери, я услышала, как одно полено сказало:
– Эй, топор, давно тебя было не видать, где пропадал?
– Да, дела были, – тихо ответил топор.
– Расскажи нам, – попросило другое полено.
– Да, расскажи, – послышалось со всех сторон, – ты вон какой новый, модный! Где одеваешься? Что за бренд?

“Судя по всему, отношения налаживаются,” – подумала я и направилась в дом.

Теперь у меня есть номер телефона Огненного Петуха и два желания. Два на целый год. Скажете мало? Но зато они наверняка исполнятся! А это уже много! 

В общем так, поскольку Петух пошел по домам, то теперь ждите его у себя. И, пожалуйста, не тупите, как я, не отдавайте третье желание топору, табуретке или микроволновке! И будет вам счастье!

7 comments:

  1. Оля,

    Хорошо, ждём Петуха у себя!
    Мне тоже кажется, что номер 2017 - волшебный! :)

    ReplyDelete
    Replies
    1. Даже астрологи говорят, что это начало начал. 2017 - при сложении выходит 1, вот и у нас тоже все сначала и все новое! Ух, давно бы так! ))

      Delete
  2. Супер! Буду ждать.

    ReplyDelete
  3. Какая замечательная история!
    Буду тоже его ждать)

    ReplyDelete
  4. Ждем Петра Кирилыча :) ныне вот снегами заметает активно - дает возможность насладиться санями да лыжами вовсю.

    ReplyDelete
  5. Прочел на одном дыхании, супер рассказ)

    ReplyDelete

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...